О чём они поют. Mark Knopfler - Baloney Again

Кто такой Mark Knopfler?

Марк Нопфлер - британский музыкант, поэт и гитарист, основатель легендарной группы Dire Straits. Его стиль - медленный, тёплый, пальцевый перебор, как будто он не играет, а рассказывает. Он один из тех редких артистов, которые могут спеть боль так, что она перестаёт быть чужой. После распада Dire Straits он сосредоточился на сольной карьере, в которой стал ещё более камерным, почти исповедальным.

Но важнее другое: Нопфлер - хроникёр человеческой жизни на периферии. Его песни - это голос тех, кто живёт “в сторонке”: дальнобойщиков, нищих, ветеранов, забытых артистов и странствующих проповедников.

История песни Baloney Again

Песня вышла на альбоме Sailing to Philadelphia (2000). Это, пожалуй, одна из самых недооценённых, но глубоких работ Нопфлера.

“Baloney Again” - это песня о гастролирующих чернокожих госпел-музыкантах, странствующих по расистскому Югу США во времена сегрегации. Балонья (baloney) - дешёвая колбаса, типа нашей ливерной, которой питались бедняки. Песня описывает повседневную униженную реальность: спать в машине, есть из бумажных пакетов, не заходить в “белые” кафе.

В интервью Нопфлер говорил, что вдохновением для него стали рассказы о The Soul Stirrers, Sam Cooke, The Staple Singers и других госпел-группах, которые путешествовали по южным штатам в 1930–50-х, проповедуя через музыку и постоянно рискуя - просто из-за цвета кожи.

Перевод текста

Мы не едим в белых ресторанах,
Мы едим в машине -
Опять балонья, опять балонья.
Мы не спим в белых гостиницах,
Мы спим в машине -
Опять балонья.

Не стоит ходить по этим деревенским улицам,
Лучше оставайся в машине.
Смотри вперёд, не пялься по сторонам -
Лучше не привлекай внимания.

Ты далеко от дома, парень.
Не испытывай судьбу.
Опять балонья.

Уже двадцать два года мы поём Слово,
С тридцать первого года -
Аминь. Скажу: аминь.

Молодые парни хотят славить Господа
С гитарой, басом и барабанами. Аминь.

Я не устаю от Иисуса,
Но ноша нелегка -
Нести Его любовь
По длинной, пыльной дороге.
Мы далеко от дома.
Давай просто заплатим и поедем.
Опять балонья.

Господь - мой пастырь,
Он ведёт меня на злачные пажити.
Сегодня Он дал нам
Хлеб наш насущный и бензин.

Поезжай под иву,
Припаркуй её у ручья.
Плечи - подушки,
Ложись и усни.

Плечи - подушки,
Ложись и усни.

О чем это?

Это баллада о вере, живущей в унижении. Люди, поющие об Иисусе, не могут зайти в кафе и съесть нормальной еды. Их не пускают в гостиницы. Они едут по пыльной Америке, несут Евангелие туда, где оно уже формально есть, но забыто. Они не ропщут, не жалуются - они просто едут. Они знают: хлеб и бензин сегодня есть. Значит, можно жить.

“Baloney again” - это про жизнь второго сорта в постоянном “опять”: опять расизм, опять унижение, опять на обочине. Но при этом: “я не устаю от Иисуса” - и это сказано без иронии.

Ключевая строка - про хлеб и бензин: “He gave us this day our daily bread and gasoline”.

Вывод не нужен

“Baloney Again” - это не просто песня о сегрегации. Это молитва в дороге. Исповедь человека, который верит - даже тогда, когда весь мир говорит: “Ты - никто”.

Нопфлер сдержан. Он не кричит, не обвиняет. Он рассказывает, как оно было. С уважением и правдой. Это песня о вере, которая живет не на сцене, а на заднем сиденье старого “Форда”.

Дмитрий Ватуля
Радио J-Rock